«Мой взгляд скользит по широким плечам, на которых красуются погоны с двумя симметрично расположенными звездами, короткому ежику светлых волос, закатанным рукавам форменного кителя, сильным рукам, перевитым тугими нитями вен. Лицо пожарного разглядеть не могу, оно скрыто под кислородной маской. - Здравствуйте, — произношу я, приблизившись к нему, — Освободите, пожалуйста, грудь. Мне нужно вас осмотреть и послушать ваше… - Не нужно, — с ноткой раздражения перебивает он, — Я в порядке. - И все-таки… Он неохотно отводит взгляд от коллег, сматывающих длинные ленты пожарных рукавов, и поворачивается ко мне. Смотрю ему в глаза и чувствую, как сердце начинает тревожно колотиться в груди. Пожарный обхватывает маску ладонью и стягивает ее с лица. Судорожно вздыхаю и сжимаю свободную руку в кулак, впиваясь ногтями в кожу ладони. - Вот так встреча…, — уголки его губ приподнимаются, демонстрируя мне обворожительную и такую знакомую улыбку, — Привет, док. - А… Эм…, — бессвязно бормочу я, продолжая, как идиотка, таращиться на эталон мужской красоты, — А как вы, то есть ты… Здесь оказался? - Действительно… Как? — голубые глаза насмешливо прищуриваются, — С чего вдруг командиру пожарного отряда находиться на месте пожара? Мои щеки, как и все остальные части тела, пылают огнем. Сжимаю в ладони воротник куртки и оттягиваю его вниз. Виновник моего смятения внимательно следит за моими манипуляциями, а потом подмигивает мне. - В моем «офисе» немного жарковато. Да, док? Не могу выдержать его взгляд. Опускаю голову и завороженно смотрю на окаймленную желтым ободком нашивку форменного кителя с фамилией и инициалами пожарного. - Я… Должна вас… тебя осмотреть. Длинные пальцы парня прижимаются к запястью. - Восемьдесят пять ударов в минуту, — насмешливо произносит он, — Головная боль, тошнота, слабость — отсутствуют. Вскидываю голову вверх и тону в его глазах. - Я в порядке, Валерия, — мягко и терпеливо говорит он, словно разговаривает не со взрослой девушкой, а с капризным, хнычущим ребенком. Суетливо заправляю выбившуюся из прически прядь волос за ухо и киваю. - Тогда… Мне нужно заполнить карту вызова и отказ от госпитализации. Вытаскиваю из чемоданчика планшет и вопросительно смотрю на пожарного. - Фролов Данияр Игоревич. 21 марта 1996 года, — откровенно скучая, говорит он, — Лейтенант внутренней службы ГУ МЧС. Начальник пожарно-спасательного отряда № 68. Вспоминаю, ЧТО ИМЕННО говорила ему при нашей первой встрече, и испытываю непреодолимое желание провалиться сквозь землю от стыда. - Дальше…, — чужим голосом хриплю я. - Дальше? Он тихо смеется. И от этого звука у меня в животе начинают порхать бабочки, а в груди разливается блаженное тепло. - Холост. Последнее слово заставляет бабочек совершать немыслимые кульбиты, которым позавидовали бы цирковые акробаты. Мне кажется, еще немного и я тоже воспарю над землей, оглашая окрестности восторженными воплями. Пытаюсь скрыть радость, но губы все равно растягиваются в идиотской улыбке.»