«На пороге стоял мужчина, высокий и статный, словно сошедший с портрета из прошлых веков. Его костюм сидел идеально, ткань струилась и подчеркивала каждое движение, но в этом ансамбле было что-то винтажное — едва уловимые детали кроя, узор на жилете. Длинные черные волосы спадали на плечи мягкими прядями, отливая синевой в холодном свете. На фоне этой темной гривы его глаза казались еще ярче — прозрачные, как ледяная глубина, они пронзали насквозь, и я поймала себя на мысли, что отвести взгляд просто невозможно. Черты лица были безупречными, будто выточенными из камня: высокий лоб, правильный нос, четкая линия скул. Но вместе с этой идеальной красотой чувствовалось что-то тревожное — легкая бледность кожи, и под глазами была тень точно усталости. Его улыбка появилась медленно, словно он давал себе время вспомнить, как именно улыбаются.»