«Мне ещё ни разу не доводилось видеть демонов, и оттого первым впечатлением стало удивление: как они похожи на нас, ангелов! Например, тех же Стальных, с их вечно суровыми, будто высеченными из камня лицами. А у того, что шёл посередине, даже волосы были светлые, пусть и подстриженные «ёжиком». Поэтому если бы кто-то взялся переодеть гостей из чёрных с алой окантовкой мундиров в серые с серебряной, разницы не заметил бы и самый внимательный взгляд. Однако стоило светловолосому приблизиться к трону и заговорить, как я сразу поняла свою ошибку. Таких высокомерных, пренебрежительных интонаций не позволил бы себе никто из нашего народа. — Приветствую, эрн, — посол не утрудил себя даже кивком. — Я Гарм, и представляю интересы моего хозяина, Ареса, великого герцога Нигредо. Вот грамота. Он вытащил из рукава алый полированный тубус с болтавшейся на шнурке печатью и протянул его, явно не собираясь подходить ближе. Отец молча шевельнул пальцами, и канцлер, выйдя из-за трона, взял футляр. Без грана пиетета сломал печать, вынул свиток и, пробежав по написанному глазами, обратился к отцу: — Всё в порядке, пресветлый эрн. — Ещё бы! — фыркнул нахальный посол и впервые обратил внимание на меня. — Так значит, эту пташку я должен забрать? Хм, интересно. Я не поняла, как получилось, что он вдруг оказался рядом. Хозяйским жестом взял меня за подбородок и поднял лицо, вынуждая смотреть себе в глаза. Янтарные, в чернейшей опушке ресниц и с узким вертикальным зрачком. Совершенно не ангельские. — Что вы себе позволяете?! — громыхнул отец. Из-за ширм посыпалась стража, лязгнула сталь обнажённых мечей, однако всё это я замечала самым краем сознания. Потому что всю меня захватил, подчинил колдовской, дурманящий взгляд. «Нет, так нельзя». Но и отстраниться было невозможно. И тогда я просто сомкнула веки, возводя ненадёжную преграду между собой и демоном. — Упрямая пташка. А по тебе не скажешь.»