«Анджум во все глаза смотрела на своего «брата». Он был не просто красив, а прекрасен; ей чудилось, будто от него исходит сияние. Девушка любовалась его легкой, непринужденной посадкой в обтянутом шерстью кожаном седле, его белым тонконогим конем. Идрис возвышался над толпой, и Анджум сказала себе, что он рожден для того, чтобы повелевать и править. Даже в его улыбке было что-то царственное, хотя и не имеющее отношения ни к высокомерию, ни к гордыне. Конечно, он ее не заметил, но это было не так уж важно. Мысль о том, что Идрис вернулся в оазис, воскресила в душе Анджум чувство безопасности и уверенности в себе.»