««За рулем сидел Алекс. Его лицо, освещенное призрачным синевой приборной панели, было непроницаемой маской. Ни напряжения, ни ожидания — лишь абсолютная, отточенная годами сосредоточенность. Идеально сидящий темный костюм, лишенный галстука, и белая рубашка, расстегнутая на две пуговицы, не стремились произвести впечатление. Они были его второй кожей, униформой мира, где власть не нуждалась в опознавательных знаках. Она была данностью».»