«Он стоял в дверях кухни — высокий, расслабленный, в своей дурацкой кожаной куртке поверх простой футболки. Смотреть на него было больно. Красивое, породистое лицо, тёмные глаза, которые она так и не научилась читать. Иногда в них мелькало что-то человеческое, почти тёплое. Чаще — ледяная пустота или ленивая насмешка. Он был как дорогой нож: совершенный, опасный и, кажется, не способный чувствовать. Тая ненавидела себя за то, что всё равно замечала, как сидит на нём эта куртка, как пахнет его парфюм, как двигаются его руки. Она знала: от него нужно бежать. Но он всякий раз оказывался на шаг ближе, чем она готова была допустить.»