«На обходы с Воронцовым мне ходить нравилось. Он умудрялся каждой пациентке задать правильные вопросы, пошутить и сказать что-нибудь приятное. А те, с заклеенными и забинтованными частями лиц смотрели на него с обожанием. Мне даже было обидно. Воронцов, оказывается, умел быть душкой. "Тогда почему же меня он постоянно гнобит", — размышляла я, вовремя подсовывая ему нужную карту пациента. Во время операций я обычно стояла и наблюдала. Про себя я свою занятость с усмешкой называла "сталкер". Но на самом деле посмотреть было на что. И, несмотря на то что Воронцов меня бесил своим снобизмом, во время операций я смотрела на его руки с восхищением. И если не кривить душой, то с выражением "руки золотые" про него, я была полностью согласна, хотя и обижало его недоверие. Я во время ординатуры в клинике Свиридовых часто ассистировала хирургам, а здесь , за почти месяц, Воронцов ни разу не разрешил помогать ему. И вот сегодня, наконец, гора сдвинулась…»