«... Краколен лицом был просто копией нашего артиста Ярмольника в его молодые годы! Ну, помните, когда он еще показывал своего знаменитого «цыпленка табака»?! Особенно с вот этой его хулиганской улыбкой и озорными чертиками в глазах. Хотя может я просто таким его запомнила, утверждать на все сто процентов не берусь — память странная и загадочная штука. Впрочем, имелось и вполне реальное отличие, причем весьма-а-а существенное: не смотря на свой довольно высокий рост, Краколен оказался горбуном! А пока, в легком шоке, я таращилась на весело скалящегося горбуна и как полная идиотка, пыталась представить... Угу, несчастного Леонида Ярмольника в роли подобного персонажа! Похожий бы получился или нет?! Вот скажите пожалуйста, насколько жизненно важный вопрос в моей ситуации?! Но что забавно, когда получила на него ответ, мне реально стало легче и шок вроде как совсем отступил. И — нет, не вышел бы из Леонида Краколен! Лицо лицом, но вот фигуру никакие накладки бы не спасли, разве что пришлось бы на компьютере дорисовывать и это при том, что нашего актера дохляком даже лютый завистник бы не назвал, но... Обычно-то горбуны из-за своего физического дефекта почти что карлики, или в лучшем случае — сильно малорослые, а этому парню с ростом повезло и пусть горб поглотил его часть, но и на долю хозяина оставил еще изрядно. Так что хотя большинству дюжих местных мужчин он едва доставал макушкой до подбородка, но в ширине плеч не уступал им не в малости! Да и роста ему вполне хватало, чтобы возвышаться не только над совсем уже мелкой мной, но и не «дышать в подмышку» местным девицам. Причем, как мне стало ясно чуть позднее, они вполне отдавали ему должное, будто на поле боя, буквально залпами обстреливая кокетливыми и знойными взглядами! А может это потому, что всегда и везде ценилась физическая сила? Уж чем-чем, а ею природа наделила Краколена так щедро, не скупясь, будто хотела искупить вину за его увечье! Так что гири он не «тягал», как представилось мне со слов Василики (которую я мысленно так и звала Коломбиной), а играл ими. У него номер в том и заключался, что он вызывал из зрительного зала одного-двух из самых крупных мужиков и просил тех проверить, настоящие ли гири. А потом принимался жонглировать ими так, что «зал» ахал! При этом, как было принято среди циркачей, этот номер Краколен выходил «работать» обнаженным до пояса и не только, чтобы порадовать зрительниц, а для того, чтобы все желающие (и недоверчивые), могли убедиться, как от колоссальных усилий, богатырские мышцы артиста бугрятся и «играют» на его широких плечах, и едва ли не корабельными канатами стекают на предплечья! Да, горб конечно портил эффект, но как ни странно, намного слабее, чем можно было бы ожидать. У этого парня он вообще не выглядел уродливо: симметричный нарост на спине, обтянутый гладкой здоровой кожей. Так что повышенное внимание юных дев и некоторых дам постарше (то ли вдов, то ли просто не обремененных строгими принципами), которые весьма откровенно «роняли слюну» в сторону силача, я вполне понимала. Мне Краколен вообще казался редкостным красавчиком, поскольку я предпочитаю обаяние личности, красоте как лица, так и тела. Так что на диспропорции его сложения, я внимания почти не обращала. Вернее — нет, обращала, но не предавала им серьезного значения. К примеру на то, что его довольно изящные кисти с длинными пальцами, из-за мощных предплечий казались приставленными от другого тела, но волновало меня это только с позиции удобно или неудобно это Краколену. Да и вообще, этот мужчина будто весь состоял из таких вот несоответствий, но это было совершенно неважно. Будь он даже на лицо не так симпатичен, его деятельная доброта, веселый нрав, обаятельная улыбка и озорные черти в глазах, что целым коллективом постоянно играли там в чехарду, по моему мнению, способны были компенсировать любые недостатки внешности!»