«Из толпы горенцев вперед вышел мужчина. Он был облачен во все черное: штаны, рубашка, плащ. На поясе болтались ножны, а в них меч. Выразительные скулы были перепачканы кровью, и мне было непонятно, чья это кровь. Темно-русые волосы были в полнейшем беспорядке, но все равно красиво оттеняли бледность его кожи, добавляя в его образ пугающей мистики. Он был ниже всех, его плечи не поражали размерами. Телосложением он больше походил на цветинца. Но когда он заговорил, в его речи было столько силы и власти, что у меня неожиданно пересохло в горле.»